Как я стал отцом, мужем и секс-работником. Откровения китайского гомосексуала

крупный мужчина

Большой Медведь прогуливается по Шанхаю, 2017 год. Фото: Wu Huiyuan/Sixth Tone

Власти Тайваня первыми в Азии решили узаконить однополые браки. В материковом Китае также живет немало людей нетрадиционной сексуальной ориентации. Женатый мужчина рассказал о своей 12-летней работе в китайской секс-индустрии для портала Sixth Tone. В своем интервью Да Сюн (Большой Медведь) откровенничает о своей ориентации и о жизни гея в Китае. Его история началась в 2005 году, когда он переехал в Шэньян из Внутренней Монголии и оказался в парке Баи. Там он и встретил Гулящюю Кошку, женщину-трансгендера, которая взяла его под свое крыло.

«Я жил с Кошкой около трех лет, и один из ее друзей и познакомил меня с секс-индустрией. Это легкие деньги. Сначала я волновался о своей фигуре. Я достаточно большой мужчина, как говорят на гей-сленге «медвежонок»а большинство парней предпочитают тонкокостных, молоденьких мальчиков.

Большинство секс-работников были женщинами-трансгендерами или трансвеститами. Множество гетеросексуальных парней платило за секс с женщинами-трансгендерами, не подозревая об этом. В первый день я переживал, но у меня не было другого пути, и я переоделся в женщину. В ту ночь мне было очень тяжело, но я смог обслужить трех мужчин. Я понял, что могу зарабатывать намного больше, чем 1000 юаней в месяц ($145) во Внутренней Монголии.

Еще в глухой деревушке, где я вырос, я часто задавался вопросом, почему же мне нравятся мальчики, и неужели я гей. Однажды, изрядно напившись, я даже попытался «выйти из шкафа» (признаться в своей ориентации) своей подружке, на что она сказала, что я болен и мне нужны лекарства. В конце концов я бросил школу и пошел работать в караоке бар. В свободное от работы время я проводил дома, чувствуя себя в клетке. Родители настаивали на моем браке. Тогда я и решил уехать в Шэньян.

Последние 12 лет были хаосом. Я практиковал секс в парке Шэньяна, затем работал в эскорте в Шэньчжэне, затем в Гуанчжоу. Часто я возвращался во Внутреннюю Монголию, пытаясь помочь родителям.

В 2015 году я женился на женщине. Мы были хорошими друзьями в течении 10 лет, она была единственной, кто знал о моей ориентации, и мы проживали вместе. Мы даже спали в одной кровати. Затем она забеременела. Я был обязан жениться. Через несколько месяцев после свадьбы у нас родилась дочь, и мы стали настоящей семьей.

Однако, оставаясь в своем родном городке и получая зарплату в 3000 юаней, я не мог прокормить свою семью и мы постоянно были в долгах. С незаконченным школьным образованием я и не мог рассчитывать на нормальную работу. Мне уже 40 лет. Секс-индустрия была самым простым способом заработать деньги, поэтому я и вернулся к прошлому.

Однако в последние несколько лет секс-индустрия Китая изменилась. Мне не требуется больше искать клиентов в парках и на улицах. Я могу просто разместить свою биографию и фотографии на веб-сайте. Сейчас мне удается зарабатывать от 7000 до 10000 юаней в месяц. Однако для секс-работников интернет принес и определенные неудобства: огромное количество мобильных секс-приложений убивает спрос.

У меня теперь есть дочь, и мне нужны деньги, чтобы вырастить ее. Я зарабатываю своим телом грязные деньги, но у меня нет другой альтернативы. Я буду работать так долго, как могу, чтобы погасить все долги и помочь семье.

Я сделал свой выбор. Бесполезно думать, что я сожалею или что я стыжусь. Мне не нравится эта работа, она нелегальна, я опасаюсь попасть в тюрьму или заразиться ЗПП. Это ужасное чувство, обслуживать людей, которые обращаются с тобой, как с собакой. Если бы у меня был другой шанс, я бы не стал этим заниматься. Если бы я был перерожден, я бы не хотел быть геем».

Подготовила Александра Багнюк

Поделиться: