Транс в большом городе: трансгендерные люди в Пекине

Транс в большом городе: трансгендерные люди в Пекине

Китай считается консервативной страной во многих отношениях. А как китайцы относятся к трансгендерным людям? ЭКД публикует перевод большой статьи из октябрьского номера That’s Beijing о трансгендерах Пекина и проблемах, с которыми они сталкиваются. 

HItomi

Хитоми

Это Хитоми. Его папа — японец, мама — китаянка. Он учится в международной школе в Пекине, играет в бейсбол и хочет изучать медицину. У него есть сестра-близнец. В прошлом году на свое 16-летие он получил в подарок от родителей курс гормонозаместительной терапии.

Хитоми был рожден женщиной, но ощущает себя мужчиной. Он — kuaxingbie (跨性别) или трансгендер. Всемирная организация здравоохранения определяет трансгендерность как «состояние, при котором гендерная идентичность человека не совпадает с приписанным ему при рождении полом». Хитоми дает более краткое определение: «Kuaxingbie означает, что ты не можешь принять свои части тела».

Термин «трансгендерность» часто используется как зонтичное понятие, которое включает в себя ряд частично пересекающихся категорий, таких как «транссексуал», «гендерквир», «бигендер» и другие. Иногда к этому понятию относят и кроссдрессинг. Такие размытые рамки значительно осложняют процесс подсчета китайцев, идентифицирующих себя как трансгендеров.

На протяжении долгих лет трансгендерные люди в Китае сталкиваются с дискриминацией, отчасти из-за того, что в Китае нет специальных антидискриминационных законов, и уровень осведомленности о проблеме остается очень низким.

Однако, пекинское трансгендерное сообщество считает, что ситуация меняется в лучшую сторону. В последнее время такие знаменитости, как бывшая олимпийская чемпионка Кейтлин Дженнер, звезда сериала «Оранжевый — хит сезона» Лаверна Кокс и одна из первых официально признанных трансгендерных женщин в Китае — балерина и актриса Цзинь Син, привлекают все больше внимания к трансегендерным людям и трудностям, с которыми им приходится сталкиваться. Все эти женщины представляют наиболее известную категорию трансгендерных идентичностей — транссексуалов, которые хотят жить и восприниматься окружающими, как лицо противоположного пола (М→Ж и Ж→М). Но существуют и люди с другими, небинарными идентичностями, которые не относят себя ни к мужчинам, ни к женщинам. Они могут ощущать принадлежность к обоим гендерам одновременно либо ощущать себя то мужчиной, то женщиной в зависимости от ситуации.

Точность определения трансгендерности критически важна для повышения осведомленности населения, считает директор пекинского ЛГБТ-центра, женщина по имени Инсинь.

«Существует не только два гендера, и мы должны уважать это. Необходимо сообщать о людям о разных транс-идентичностях, поскольку мифы о трансгендерных людях присутствуют и в транс-сообществе», — говорит Инсинь.

Инсинь объясняет, что значительное число людей в пекинском транс-сообществе считает, что только те, кто подверглись хирургической коррекции пола, могут считаться «настоящими» трансгендерами.

«Многие люди считают, что все трансгендеры хотят изменить свой пол, но это не так», — добавляет она.

Хитоми всегда идентифицировал себя как мужчину. Однажды, когда ему было 3 или 4 года, он сам себе подстриг волосы. И хотя сам он этого не помнит, эта история отражает то, как уже в таком малом возрасте его истинное «я» пыталось заявить о себе.

«Никто не знает, почему некоторые люди трансгендерны. Кто-то считает, что процесс начинается в утробе матери, кто-то говорит, что это связано с твоей окружающей средой. То же самое, когда люди гомосексуальны», — говорит Хитоми.

Хитоми не совершал «каминг-аут» (открытое и добровольное признание человеком своей принадлежности к сексуальному или гендерному меньшинству), родители узнали о том, что Хитоми — трансгендер, случайно. Два года назад он по ошибке использовал электронную почту своих родителей, чтобы войти на ЛГБТ-сайт. Его мама спросила Хитоми, лесбиянка ли он.

«Я сказал ей, что я трансгендер, но она никогда не слышала об этом. В Китае никто не знает, что это такое».

Мама Хитоми, считая, что ее сын просто слегка «потерян», заверила его в том, что в будущем ему «станет лучше» — обычно именно так китайские родители пытаются переубедить своих детей. Но после нескольких визитов к психологу (который подтвердил, что Хитоми на самом деле трансгендер) и проверки хромосом в больнице (они оказались в норме), мама Хитоми начала пытаться лучше понять своего сына и в прошлом году дала свое согласие на то, чтобы он начал курс гормонозаместительной терапии (ГЗТ) в Японии.

Качество проведения данной процедуры в Японии послужило для Хитоми решающим фактором в пользу начала терапии. Он говорит, что китайская ГЗТ предполагает гораздо большее количество отрицательных последствий. Хитоми самостоятельно делает инъекции дома раз в три недели и будет продолжать делать это на протяжении неопределенного времени. Такие побочные эффекты, как  и повышенная жирность кожи, не расстраивают Хитоми. В будущем он хочет сделать операцию по смене пола, также в Японии.

«Хирургическая операция является обязательным условием для полного юридического признания изменения пола. Это единственный способ. Но китайские больницы оставляют желать лучшего, а правительство не имеет определенной политики относительно хирургической коррекции пола», — именно так Хитоми объясняет свое желание сделать операцию в Японии.

Готовность Хитоми обсуждать свою личную жизнь сделало его частым гостем во многих пекинских колледжах и университетах, где он рассказывает о своем опыте и помогает молодым людям лучше понять самих себя.

«По статистике, в Китае должно быть самое большое число трансгендерных людей в мире. Почему же их практически не видно? Потому что многие из них даже не подозревают, что они трансгендеры, либо боятся или не знают, как признаться в этом», — говорит он.

Разъяснительная работа, которую проводит Хитоми, сделала его активным членом пекинского трасн-сообщества и регулярным посетителем пекинского ЛГБТ-центра. Центр был основан в 2008 году и располагается на 26-м этаже жилого дома возле станции метро Люфан. Центр стал настоящим прибежищем для пекинских трансгендеров, которые ежедневно сталкиваются с дискриминацией и неприятием со стороны окружающих. Книжные полки заставлены книгами и фильмами на ЛГБТ-тематику, стены выкрашены в ярко-желтый цвет, а комнаты оборудованы уютными диванчиками. Хитоми ходит в Центр каждый четверг, где он встречается с друзьями и организует транс-мероприятия.

«Гей-культура активно развивается в Китае. Теперь мы [трансгендеры] также должны организовывать больше мероприятий».

Хитоми — довольно популярная фигура не только в ЛГБТ-сообществе, но и за его пределами. Он признает, что ему очень повезло: ему никогда не приходилось сталкиваться с «откровенно негативной» реакцией по отношению к его гендерной идентичности. Он объясняет это своим возрастом («мы все еще дети, никому до нас нет дела»), а также тем, что он посещал японскую школу.

«Мои друзья никогда ничего мне не говорили. Я играл в футбол с мальчиками, и они знают меня с малых лет. Все зависит от твоих личных качеств. Если бы я учился в китайской школе, скорее всего я бы подвергся дискриминации. Но в международных и японских школах есть даже урок по ЛГБТ».

ЛГБТ-активисты надеятся, что такие курсы начнут проводить и в китайских школах, и что это поспособствует более открытому обсуждению вопроса среди китайской молодежи. Иньсин из ЛГБТ-центра соглашается:

«Обычно в больших городах люди более доброжелательны к ЛГБТ, но это также зависит от возраста. Молодое поколение лучше принимает такие вещи, взрослым людям нужно время».

Этот процесс идет очень медленно, подтверждают активисты гей-движения в Китае. Так, гомосексуальность в Китае была исключена из списка психических расстройств лишь в 2001 году, и хотя в последние годы общество стало более толерантно, предрассудки еще не исчезли.

Быть трансгендером в Китае не считается незаконным, но нестандартные гендерные идентичности до сих пор рассматриваются как психические нарушения. Если трансгендер хочет изменить пол, он обязан пройти психологическое лечение длиной как минимум в год, которое рассматривается как попытка «вылечить» желание. Те, кто хотят пройти гормональную терапию или хирургическую операцию в государственных больницах, должны предоставить доказательство того, что они прошли годовое психологическое лечение. Вследствие этого многие трансгендеры предпочитают частные клиники или лечение за границей: в Японии, Южной Корее или Таиланде.

трансгендеры в китае

Жаньжань

27-летний офисный работник Жаньжань изучает способы коррекции пола в Китае уже на протяжении нескольких лет. Когда Жаньжань, который был рожден девочкой, начал демонстрировать гомосексуальные наклонности в 18 лет, его мать отвела его в местную больницу для психической проверки.

«Доктор сказал, что я лесбиянка. В Китае гомосексуалы не считаются психически нездоровыми, но kuaxingbie считаются».

Жаньжань, уроженец провинции Аньхой, описывает себя как третий пол: на 70% мужчина, на 30% женщина. Но в Китае, из практических соображений, приходится выбирать либо то, либо другое, поэтому Жаньжань выбрал мужской пол. Он использует только мужские уборные на протяжении последних трех лет. Почти все, чем он сейчас пользуется, предназначено для мужчин. Он говорит, что эта ситуация весьма «проблематична» для него.

Жаньжань начал гормонозаместительную терапию в этом августе в Пекине, однако он предпочел не сообщать, где именно. Он отмечает, что его голос стал значительно грубее, и улыбается, когда слышит о том, что у него уже проглядываются едва заметные усы. В будущем он планирует операцию по удалению груди.

«Удаление груди стоит от 20 до 30 тысяч юаней ($3100-4700 прим.ред.), полноценная операция по коррекции пола стоит как минимум 400-500 тысяч юаней», — говорит он.

Это большие деньги, но дело не только в них.

«Я хочу самостоятельно родить ребенка до того, как мне исполнится 30 лет. После этого я решусь на операцию по удалению груди».

Он надеется забеременеть и планирует прекратить гормональную терапию на шесть месяцев, чтобы избежать возможных негативных последствий. Но он также не отказывается и от варианта суррогатного материнства за границей. В настоящий момент суррогатное материнство в Китае запрещено .

Жаньжань обладает сильным чувством собственного «я» и считает, что полная операция по смене пола ему не нужна. Как и в Японии, в Китае для смены юридического пола необходимо перенести полноценную операцию. К тому же в 2009 году правила были ужесточены: желающий сменить пол должен быть старше 20 лет, также он должен предоставить доказательство того, что он признан трансгендером на протяжении как минимум пяти лет. Официальной статистики того, сколько человек совершили хирургическую коррекцию пола в Китае, не существует.

Решение Жаньжань не делать операцию обусловлено не столько правительственными ограничениями («критерии не закон, и всегда существуют пути их обойти»), сколько давлением со стороны семьи. Он подчеркивает, что хотя китайские родители могут принять тот факт, что их дочь одевается как мужчина, они не могут принять реальной, физической смены пола.

Жаньжань согласен с Хитоми, он объясняет:

«Люди в Китае думают, что все изменится, когда ты станешь старше. Они говорят, что когда мне исполнится 30, я передумаю».

Жаньжань не считает себя транс-активистом, но он надеется, что его опыт поможет распространить информацию среди тех, кто не знаком с трансгендерными людьми и их проблемами.

трансгендеры в пекине

Сяоми

Еще один человек, который вносит большой вклад в пекинское транс-сообщество — Сяоми. Сяоми владеет магазином «Equal», где можно найти итальянскую обувь, винтажную одежду и секс-игрушки, и использует часть прибыли от продаж для поддержки ЛГБТ-инициатив. Ее магазин, находящийся в районе Хоухай в Пекине, встречает посетителей яркой надписью «Горжусь всеми вами» и претендует на звание первого магазина в Поднебесной, продающего одежду, созданную специально для представителей ЛГБТ-сообщества.

Длинное платье и высокие каблуки — эффектный внешний вид Сяоми ничем не выдает ее долгую внутреннюю борьбу за принятие самой себя. Сяоми впервые начала экспериментировать со своим внешним видом после переезда в Пекин в 2009 году.

«Я осознала, что это [женская одежда] более комфортно для меня. Такое облегчение наконец-то чувствовать себя собой», — объясняет она.

Друзья Сяоми уже знали, что ее привлекали мужчины, и быстро приняли ее новый внешний вид. Но ее мать никогда не видела ее в женской одежде и до сих пор не знает, что ей нравятся мужчины. Сяоми думает, что жители ее родного города в провинции Шаньси не поймут ее.

«Даже в Пекине если я одета в юбку, пожилые люди иногда очень грубо обо мне отзываются. Раньше меня это сильно раздражало и злило, но теперь это меня не волнует. Я не могу нравится всем».

Сяоми относит себя к бигендерам — людям с «плавающей» гендерной идентичностью, они могут ощущать себя то мужчиной, то женщиной, в зависимости от настроения или ситуации. Она не делала операции по смене пола. Причинами, по которым она не стала ее делать, являются обязательная психологическая терапия, несовершенные технологии, сокращение продолжительности жизни и тот факт, что она просто счастлива быть такой, какая она есть сейчас.

«Мне нравится то, что я могу быть абсолютно разной перед разными людьми. Перед своей семьей я могу быть хорошим мальчиком, а перед друзьями — самой собой», — говорит она.

Несмотря на то, что Сяоми жалуется на несовершенство законов, касающихся трансгенедеров (отстутствие антидискриминационного закона и запрет на суррогатное материнство), она верит, что в будущем, рано или поздно, все изменится.

«Это все еще очень противоречивый вопрос в Китае. Здесь тв-шоу, которое затронет эту тему, могут просто-напросто закрыть, но в западных странах это нормально. [Китайские] медиа очень строги, но ситуация медленно меняется к лучшему».

В первом гей-баре в Пекине «Adam’s» также царит атмосфера оптимизма. Сегодня ночь субботы, и в «Adam’s» проходит ежемесяное дрэг-квин шоу. Сотрудники бара одеты в обтягивающие платья и короткие светлые парики, как у певицы Sia, а совладелец бара Мондо Ван практически не узнаваем в облегающем белом платье, на каблуках и с макияжем.

«Любой человек может прийти к нам в бар. Если в реальном мире вас обижают, у нас вы чувствуете заботу и любовь», — говорит Мондо.

Друг Мондо, 20-летний Дэн является гетеросексуальным мужчиной, но ему нравится носить женскую одежду. Сегодня его первое публичное дрэг-шоу. Его родители категорически против этого, но он говорит:

«Мне это нравится, это забавно, и это делает меня счастливым. Я могу меняться и пробовать разные вещи. Я уважаю трансгендерных людей — это их личное решение».

Мондо считает, что его трансгендерные друзья — лучшие люди, которых он когда-либо встречал, потому что они делают все с душой. Он полон надежд относительно прав трансгендерных людей в Китае в будущем.

«Люди меняются. Пекин меняется. Двадцать лет назад Пекин был абсолютно другим городом, но посмотрите на него сейчас».

Перевела Алина Алексеева

Поделиться: