Таинственный инвестор «Роснефти» из Китая: что известно о компании CEFC и ее руководителе?

Таинственный инвестор «Роснефти» из Китая: что известно о компании CEFC и ее руководителе?

Фото иллюстративно

Генеральный директор CEFC China Energy, Е Цзяньмин. Фото: China Energy Fund Committee

В сентябре 2017 года консорциум Glencore-QIA, принадлежащий швейцарским и катарским инвесторам, опубликовал заявление о продаже 14,6% акций «Роснефти» китайской частной нефтедобывающей компании CEFC China Energy. Сделка должна была обойтись китайскому конгломерату в $9,1 млрд, то есть на 16% дороже рыночной стоимости акции «Роснефти» в сентябре 2017 года. Предполагалось, что CEFC совместно с «Роснефтью» займется разработкой перспективных месторождений в Восточной Сибири. Сейчас завершение сделки между «Роснефтью» и CEFC находится под угрозой. 1 марта стало известно об аресте Е Цзяньмина, главы китайского конгломерата, по обвинению в коррупции и отмывании денег. South China Morning Post со ссылкой на источника в семье бизнесмена писали об аресте Е Цзяньмина по прямому указу Си Цзиньпина. Издание Caixin разобрало всю известную информацию о CEFC и ее руководителе, а также рассказало об истории возвышения CEFC от небольшой компании до крупнейшего  нефтедобывающего конгломерата Китая. 

CEFC China Energy — компания с головокружительной историей успеха. Менее чем за 10 лет детище Е Цзяньмина превратилась из мелкого топливного трейдера до крупного конгломерата с нефтегазовыми активами в Европе, на Ближнем Востоке, Центральной Азии и Африке. Но загадка внезапного подъема CEFC в среде нефтяных компаний — только верхушка айсберга: конгломерат окутан туманом слухов о связях с правительством.

Бизнес-структура организации также отличается непрозрачностью и разветвленностью различных сегментов. На официальном сайте CEFC нельзя найти уставных документов, а большинство разделов посвящены успехам и благодарностям. Близкий к компании анонимный источник Caixin отмечает очень сильную диверсификацию системы менеджмента, при которой сегменты редко контактируют между собой.

Известно, что в структуре CEFC имеется ячейка Компартии, Дисциплинарный комитет и Молодежная лига, которые обычно действуют в государственных и около государственных структурах. В самой компании, чтобы описать двойственную структуру управления, применяют формулировку «одна компания — две системы».

«Одна компания, две системы» – это эхо принципа, используемого Китаем для описания автономии Гонконга (политика «Одна страна — две системы» была введена Компартией для управления и постепенного внедрения в экономическую систему материкового Китая Гонконга и Макао, — прим. автора)», — официальное пояснение компании.

На связь CEFC и правительственных структур Китая указывает наличие у Е Цзяньмина «красного телефона» со специальной засекреченной телефонной линией, используемый только стратегически важными и крупными государственными предприятиями. Многие менеджеры среднего и верхнего звена компании — это выходцы из армии и военных структур, которые, по догадкам журналистов, связывают CEFC с военными из провинций Фуцзянь и Гуандун.

Таинственный директор нового китайского инвестора Роснефти

Е Цзяньмин. Иллюстрация: Caixing

Таинственный мистер Цзяньмин

Е Цзяньмин олицетворяет собой ореол таинственности вокруг CEFC и ее путь на нефтяной Олимп. Основатель и CEO нефтяного конгломерата предпочитал оставаться в стороне от публичной жизни и редко давал интервью. По признанию старших сотрудников компании, даже у них было мало шансов встретится с генеральным директором компании лично. Отсутствие реальной информации о Е Цзяньмине породило множество слухов и домыслов о его происхождении, которые начали появляться в феврале 2017 года после покупки CEFC доли акций на добычу нефти в Абу-Даби. Тогда журналисты провинции Фуцзянь (малой родины Е Цзяньмина, — прим. автора) выяснили, что нынешнее имя бизнесмена — это псевдоним, а начал он свою карьеру с должности плотника. Чешские издания опубликовали информацию, что CEFC имеет связи с государственными и военными структурами, которые тесно связано с НОАК (Народно Освободительная Армия Китая, — прим. автора). Наиболее популярно мнение, что Е Цзяньмин — это один из внебрачных потомков Е Цзяньина, маршала КНР и Председателя Постоянного комитета Всекитайского собрания народных представителей в 1978-1983 гг.

Удивительны многочисленные звания и должности Цзяньина. На 2018 год он числился на семи высших управляющих должностях в КНР и за границей:

  1. Председатель CEFC;
  2. Председатель Фондового комитета CEFC (научно-исследовательский центр в Гонконге с консультативным статусом в ООН);
  3. Председатель Академии китайской культуры (организация, продвигающая идеи культурного и политического объединения Тайваня и материкового Китая);
  4. Директор Шанхайского исследовательского центра энергетической безопасности;
  5. Председатель Шанхайского благотворительного фонда CEFC;
  6. Политический советник в Новой народной партии Гонконга;
  7. Экономический советник при Президенте Чешской Республики;

Часть должностей Е Цзяньмина косвенно связаны с политической стороной деятельности CEFC на международной арене. CEO компании отмечал, что считает CEFC не просто нефтяной компанией, но еще и крупным инвестором, действующим в рамках экономико-политического проекта «Один пояс — один путь». По признанию главы конгломерата, политическая ситуация в стране является ключевым фактором для привлечения инвестиций.

«Нам необходимо смотреть на геополитику. Если в один день Чешская Республика выступит против Китая, то мы должны вернуть наши инвестиции, чтобы пересмотреть наши стратегии здесь», — Е Цзяньмин об инвестициях в Восточную Европу в 2015 году.

Большинство стран, в которые инвестировала CEFC (Россия, Катар, Казахстан, Объединенные Арабские Эмираты), — это стратегические партнеры Китая по инициативе «Нового Шелкового пути». Но были попытки выйти на американский финансовый рынок через компанию Cowen Group, сделку с которой заблокировал Комитет по иностранным инвестициям США по соображениям национальной безопасности. В самой CEFC не отрицают, что руководствуются национальной стратегией Китая при принятии бизнес-решений.

«Мы плотно следуем национальной стратегии. Поэтому мы планируем корпоративную стратегию в соответствие с национальной», — из интервью Е Цзяньмина изданию Fortune в сентябре 2016 года.

Сам же Е Цзяньмин отвергает все обвинения в связях с военными и правительственными чиновниками, благодаря которым, по версии журналистов, он построил свою «империю».

Фото иллюстративно

Штаб-квартира CEFC в Шанхае. Фото: IC

Рассвет империи

В интервью изданию Caixing в апреле прошлого года Е Цзяньмин признавался, что начал свой бизнес с небольшой компании по продаже деревянных продуктов и противопожарного оборудования в родном городе в провинции Фуцзянь. По официальной версии, CEFC образовалась после покупки акций обанкротившегося государственного нефтяного трейдера Xiamen Huahang в 2006 году, который, по слухам, был связан с контрабандистскими кругами в провинции Фуцзянь. Но еще в 2005 году, согласно государственным записям о регистрации предприятий, Е Цзяньмин учредил компанию по оказанию финансовых услуг под названием Fujian CEFC Holdings. Покупка акций Xiamen Huahang стала поворотной точкой для новоиспеченной компании.Спустя три года, в 2009 году, CEFC перенесла свою штаб-квартиру в Шанхай, где сделала первые шаги для выхода на сырьевой рынок.

По данным источников Caixing из CEFC, компания использовала сложную систему дочерних и аффилированных компаний для получения кредитов от государственных банков. Слова сотрудников подтверждает внутренний документ CEFC от 2011 года, в котором Е Цзяньмин говорит о «100 боссах» поддерживающих конгломерат капиталом и финансовыми активами. Денежные транзакции аффилированных компаний стали основным пунктом дохода CEFC в период с 2012-2013 гг. Согласно отчету CEFC, в 2012 году доля транзакций дочерних компаний составила 27% от годового дохода, а в 2013 году — 14%. По признанию бывшего сотрудника, CEFC изменяла данные о количестве поставок для получения большего числа кредитов в банках.

«Иногда отгрузка товаров могла задерживаться в порту дольше года без каких-либо изменений, хотя документация показывала, что было проведено более 100 операций», — бывший работник CEFC о внутренней политике компании.

Хотя в течение 2009-2016 гг. компания показывала устойчивый рост, увеличив объем капитализации до 247,3 млрд юаней ($39,11 млрд), в 2017 году у CEFC появились задолженности на сумму 116,7 млрд юаней ($18.45 млрд) при общей сумме активов в 160 млрд юаней ($25.30 млрд).

Китай нефть

Фото: REUTERS/Stringer

Мутный бизнес

Впервые с трудностями CEFC столкнулась в 2011-2012 гг., когда аффилированные компании столкнулись с последствиями мирового экономического кризиса. 2012 год вывел компанию на новый уровень интеграции с правительственными ведомствами — CEFC стал привлекать в качестве партнеров государственные предприятия. Так, в том году с CEFC заключили договоры о сотрудничестве такие энергетические гиганты, как China Huadian Corp., Fujian Energy Group и Huainan Mining Group. В рамках данных соглашений государственные корпорации предлагали кредиты или выступали поручителями для CEFC при получении банковских кредитов. CEFC в свою очередь предлагала государственным предприятиям торговые сделки со своими дочерними компаниями, которые помогли конгломерату и его партнерам заметно повысить уровень доходов. Так, в 2016 году Huainan Mining Group за время партнерства с CEFC China Energy заработала более 20 млн юаней ($3,16 млн), что составило почти половину от годового дохода сырьевого гиганта.

Со многими партнерами конгломерата связаны громкие скандалы. В ноябре 2016 года стало известно об аресте Ду Чуаньчжи, председателя государственного портового оператора Rizhao Port, по подозрению в незаконном предоставлении займов частным компаниям и фальсификации данных о заключенных сделках. С 2013 года CEFC China Group была одним из главных торговых и финансовых партнеров Rizhao Port, а к 2016 году сумма долговых обязательств нефтяного конгломерата выросла до 4,3 млрд юаней ($680 млн).

Фото иллюстративно

Фото: Евгений Биятов / РИА Новости

Большие амбиции

Достигнув устойчивых позиций в Китае, CEFC обратила свой взор на международный рынок. Первым шагом к мировому рынку стала покупка в 2014 году за 1 млрд юаней ($158 млн) компании Shanghai Fortune CLSA Securities, специализирующуюся на финансовых и биржевых операциях в странах Юго-Восточной Азии. В октябре того же года CEFC China Energy договорилась о покупке 30% акции чешской J&T Finance Group, которые оказывают услуги по банковскому обслуживанию физических и юридических лиц. В следующем году китайский конгломерат усилил проникновение на европейские рынки, вложив инвестиций на сумму свыше $1,5 млрд в Чешскую Республику. J&T стала олицетворением амбиций Е Цзяньмина и CEFC: развитие компании не только на топливном и сырьевом рынке, но и в других сферах.

«Наша первостепенная цель — это войти в элиту энергетического и финансового бизнеса», — Е Цзяньмин о бизнес-стратегии CEFC в 2017 году.

Следующей крупной инвестицией CEFC стала покупка 51% акций KMG International за 800 млн евро ($977 млн) в декабре 2015 году. Благодаря данной покупке CEFC приобрели долю в казахстанском нефтяном гиганте KMG Kashagan B.V. В следующие два года в активы компании вошли 35% нефтяных блоков в Чаде за $110 млн и акции Abu Dhabi National Oil Co. (ADNOC) за $900 млн. Также CEFC заявляла о создании полной нефтеперерабатывающей цепочки от Европы до Ближнего Востока, Африки и Азии.

Сделка с «Роснефтью» должна стать одной из крупнейших за всю историю китайской компании и одним из важнейших компонентов стратегии по расширению влияния в мире. Как предполагалось, «Роснефть» ежегодно должна была поставлять до 13 млн т. сырой нефти и постепенно увеличить объем поставляемых углеводородов 42 млн т. Мнения российских экспертов относительно дальнейшей судьбы открытой сделки расходятся. Так, Виталий Ермаков, заведующий Центром анализа энергетической политики Института энергетики НИУ ВШЭ, полагает, что арест Е Цзяньмина увеличит риски для китайской стороны, но лишь затормозят закрытие сделки между «Роснефтью» и CEFC. Противоположного мнения придерживается Игорь Денисов, старший научный сотрудник Центра исследований и Восточной Азии и ШОС МГИМО, который связывает недавние следственные действия в отношении CEO CEFC с агрессивной экспансией конгломерата на зарубежных рынках.

«Сложно сказать, насколько серьезно здесь замешана политика, однако, учитывая связи Е Цзяньмина со спецслужбами, его дело может иметь отношение к кампании Си Цзиньпина по зачистке силового блока, которая продолжается уже не первый год, — российский эксперт о задержании Е Цзяньмина. — Любой провал здесь мог быть ударом и по имиджу Китая, в том числе флагманской инициативе «Пояса и пути», которая непосредственно связывается с именем Си Цзиньпина».

Подготовила Полина Родьнина

Поделиться: